**
Categories
Menu
yuri20150612
Юрий Гиммельфарб. Бесплатное советское жилье
История

В последнее время в России возникла мода на «ностальгию по СССР». Причем, с моей точки зрения, самое удивительное в этом то, что среди ностальгирующих имеются не только пожилые люди (которые – будем откровенны! – реально тоскуют по временам своей молодости), но и молодые: те, кто об этих кошмарных временах знают лишь по лубочным картинкам, не имеющих никакого отношения к реальности. Однако всех их объединяет одно: словно мантру, как заведенные, они повторяют одно и то же – «колбаса по 2-20, бесплатное жилье, бесплатная медицина, бесплатное образование, отсутствие безработицы» и т.п.

Ну, что касается «колбасы по 2-20», год назад я уже писал на эту тему, еще раньше был сеанс полного разоблачения по поводу «лучшего в мире бесплатного советского образования»… А вот что касается «бесплатного жилья»…

Ну, что ж, давайте разберемся.

Действительно, чисто теоретически, на первый взгляд, в СССР давали бесплатное жилье. То есть формально была возможность получить жилье – и при этом не брать ипотеку (как сейчас – тем более, что тогда ни потребительских, ни ипотечных кредитов попросту не существовало). Но когда мне приводят аргумент про «бесплатное жилье», я задаю встречный вопрос:

- А вы можете в путинской России заняться бизнесом?

Натурально, мне отвечают, что без «прихватов» наверху или если не работать «в черную» бизнесом заниматься нынче практически нереально.

Так вот, друзья мои, с квартирами в СССР было примерно то же самое. Потому что, рассматривая любой вопрос, важно знать не «что», а «как». Иными словами, важен механизм процесса.

С другой стороны, меня лично просто поражает отсутствие логики у любителей «совка». Утверждая, что в «СССР давали бесплатное жилье», они, тем не менее, не отрицают того, что еще Михаил Горбачев, будучи Генсеком, провозгласил лозунг «к 2000 году каждая советская семья будет иметь отдельную квартиру». И при этом советские граждане отнеслись к этому лозунгу крайне скептически, сравнивая его с хрущевским лозунгом «коммунизм – к 1980 году». То есть желающие возврата в СССР не отрицают того, что жилищная проблема стояла крайне остро. И вот как это противоречие уживается в головах некоторых сограждан – мне искренне непонятно!

Впрочем, ладно. Рассматривая вопрос жилья в СССР, следует понимать, что жилье в СССР можно было получить тремя способами:

  • Согласно очереди, получить квартиру от исполкома,
  • Получить квартиру от предприятия,
  • Вступить в ЖСК (жилищно-строительный кооператив).

Вот давайте рассмотрим эти три способа…

Квартиры от исполкомов

Некоторые категории граждан (например, пенсионеры, ветераны, многодетные и малообеспеченные семьи и т.п.) могли встать в так называемую «исполкомовскую очередь» и со временем получить жилье. Говоря современным языком, получить «муниципальное жилье». Но тут были нюансы:

  1. В эту очередь ставили не всех. Например, если один из членов семьи работал на крупном предприятии, у которого был свой «жилой фонд» (об этом речь пойдет чуть ниже), то он не мог встать в общую очередь (к чему это приводило, тоже скажу ниже).
  2. Даже если человек формально имел право встать в общую очередь, то необходимо было обладать «правом на улучшение жилищных условий». А вот тут была презабавная хитрость: должно было быть либо менее 9 кв.м. жилой площади на члена семьи, либо менее 12 кв.м. общей площади на члена семьи. Это порождало чиновничий произвол и, естественно, взяточничество (как это было – объясню ниже).
  3. Среднее время ожидания заветного жилья составляло 10-15 лет,
  4. Но, даже получив долгожданный «ордер на квартиру», человек получал квартиру не там, где хотел (или где ему было бы удобнее), не на том этаже, где он выбрал, а там, где «давали».

Все это порождало массу омерзительных явлений – прежде всего, «блат», доносительство и взятки. Чтобы понять, при чем тут «доносительство», приведу пример из истории моей семьи.

Родная сестра моего деда (моя двоюродная бабушка») жила в 8-метровой комнатенке в коммуналке и, натурально, хотела улучшить жилищные условия. После 11-летнего стояния в очереди, ей выделили однокомнатную квартиру (кстати, по счастливой случайности, относительно недалеко). Но за полгода до этого счастливого события, у моей 87-летней прабабушки (которая жила с нами) случился инсульт. И, поскольку моей маме было не под силу одной за ней ухаживать, то моя бабушка жила это время с нами в квартире. Результат не заставил себя долго ждать: «милые» соседи написали на мою бабушку ябеду в исполком - мол, такая-то в квартире не проживает… В итоге на заседании жилищной комиссии исполкома мою бабушку не только вышвырнули из очереди, но также был поставлен вопрос  о… выселении ее даже из этой несчастной комнатенки!!!

Как вы уже догадались, «добрые соседи» просто  хотели получить эту комнатенку в свое распоряжение – это так, дополнительный штрих к портрету «доброго советского человека» и взаимоотношениях между людьми в совке…

Тогда мою бабушку спасло счастливое стечение обстоятельств: в нашем доме жил председатель горисполкома, а незадолго до этого его дочь лечила моя мама… Именно его личное вмешательство спасло мою бабушку от выселения из той злосчастной коммуналки, но в итоге квартиру она получила только через 4 года после вышеописанных события – но в этот раз «у черта на куличках»…

Этот случай я рассказал для того, чтобы показать: квартиры гражданам не принадлежали. Советский человек не мог продать свою квартиру, подарить или оставить в наследство. Скажу больше: гражданина запросто могли даже лишить жилплощади – достаточно было полгода не проживать в квартире или вести «антиобщественный образ жизни». Также существовала «премилая» практика «уплотнения»: когда человека, «необоснованно» владеющего излишней площадью могли «потеснить» - то есть превратить изолированную квартиру в коммуналку (лично мне известны два таких случая в Саратове в семидесятые годы).

Единственное, что мог сделать со своей квартирой «советский человек» - это обменять (или разменять) на другое жилье. Это порождало массу злоупотреблений – например, пышным цветом расцвел институт «фиктивных браков» и, естественно, взяток.

Я настоятельно рекомендую посмотреть художественный фильм «Взятка» 1983 года (в главных ролях Иван Лапиков и Лидия Федосеева-Шукшина). В целом, фильм – так себе, на «троечку»… Но в нем показано главное: механизм перемещения людей в очереди за взятки.

Иными словами, дав взятку, человек мог не ждать 10-15 (а иногда и больше) лет получения заветного ордера на жилье, а уже через 2-3 года вселиться в долгожданную квартиру (причем, в зависимости от размера взятки, можно было еще и район проживания выбрать). И у чиновников была полная свобода для подобного рода махинаций: к семидесятым годам выдача квартир обросла гигантским количеством нормативных и подзаконных актов, которые позволяли творить, по сути, реальный произвол.

Разумеется, в вышеназванном фильме все показано на редкость примитивно: когда сам зампред горисполкома брала взятку у претендента на квартиру! На самом деле эта система взяток в Советском Союзе работала гораздо хитрее. Чтобы это понять, необходимо объяснить, кто такие «маклеры».

Нет-нет, мои юные друзья, не гуглите: во времена совка слово «маклер» обозначало вовсе не то, что теперь. В самом общем виде, «советский маклер» - это некий аналог современного риэлтора. Естественно, это была «подпольное» занятие, потому что официально в совке такой профессии не было и за это можно было и срок схлопотать. Но, поскольку, как уже было сказано, в СССР нельзя было покупать и продавать квартиры, то маклеры занимались, в основном, подбором вариантов обмена квартир (причем, часто это были такие «многоходовки», которым современные риэлторы могут лишь подивиться). Но основная функция советских маклеров – это посредник между соискателем квартиры и сотрудниками исполкома. То есть между «взяткодателем» и «взяткополучателем».

Маклер выяснял желание человека, степень его «благонадежности», после чего называл сумму. То есть на таких маклеров выходили через сеть посредников. Вот почему, несмотря на то, что такая система была в те времена «секретом полишинеля», уголовных дел, возбужденных против коррумпированных сотрудников исполкомов, в СССР практически не было.

Кстати, еще одним занятием маклеров в те годы была сдача квартир в наем. Дело в том, что, с одной стороны, по советским законам нельзя было брать с жильца арендную плату выше той, которую платил сам хозяин квартиры (точнее, прописанный в этой квартире), а, с другой стороны, арендодатель рисковал: ведь жилец мог написать «ябеду» в исполком - и возникала перспектива попасть под «уплотнение». Но, учитывая то, что реально с жильцов хозяева брали в несколько раз больше денег, чем платили сами (что естественно – иначе пропадал сам смысл сдачи комнаты в аренду), то маклер выяснял степень «порядочности» потенциального арендатора… А в случае «эксцессов» (которые, надо отметить, в те годы случались нечасто) – уладить дело с исполкомом и немедленно оповестить «коллег по цеху», что с таким «непорядочным» арендатором дело иметь не следует…

Квартиры от предприятия

Некоторые крупные предприятия вели в те годы собственное жилищное строительство, то есть, говоря языком того времени, «имели свой жилищный фонд». То есть, граждане, работавшие на таких предприятиях, могли теоретически рассчитывать на получение жилья.

Но тут тоже были свои нюансы.

Во-первых, всегда (подчеркиваю: всегда!) даже в таком жилом фонде (это называлось в те годы «ведомственные дома») квартиры делились на 4 категории:

  1. Часть квартир передавалось исполкомам (механизм распределения - см. выше),
  2. Часть квартир передавалась СМУ (строительно-монтажным управлениям – которые строили такие дома),
  3. Часть квартир заносилось в так называемый «директорский фонд» - распределением таких квартир, как правило, занимался лично генеральный директор предприятия (что, как ясно из вышесказанного, создавало благоприятную почву для полного произвола),
  4. Остальные квартиры распределялись между сотрудниками предприятия в порядке очереди.

Но, рассматривая пункт № 4, следует иметь в виду то, что единых правил «для всех» (то есть в масштабах страны) тут не существовало. На каждом предприятии были свои правила. Например, на заводе, где я начинал свою трудовую деятельность, кроме стандартных ограничений, был еще и такой нюанс: получая квартиру, работник должен был работать на стройке своего же дома (вот почему у нас на заводе это называлось «получить стройку»). То есть, работник, чья очередь на квартиру подошла, в течение 2-3 лет работал на стройке разнорабочим (с сохранением зарплаты по основному месту работы). Итогом становилась, по сути, деквалификация.

Были и чисто «ведомственные квартиры» - те, которые сохранялись за работником только до тех пор, пока хотя бы один член семьи работает на данном предприятии (по сути, узаконенное крепостное право).

Кстати, тем, кто до сих пор не снял розовые очки и верит в сказку о «бесплатном жилье на советских предприятиях», я настоятельно рекомендую посмотреть старый фильм «Магистраль» (1982 год, в главной роли Кирилл Лавров): там есть эпизод, в котором достаточно четко показано, как именно распределялись квартиры…

Но, говоря о «квартирах от предприятия», нельзя не упомянуть еще один нюанс. Дело в том, что за распределением квартир из четвертой категории ревностно следили все страждущие. Это порождало всеобщее доносительство и кляузничество. И когда мне говорят о том, что советские люди были «добрыми и отзывчивыми», я отвечаю: вполне возможно – но там, где это не касалось жилплощади. Тут, напротив, действовал принцип ЧЧВ: «человек человеку волк». Писали друг на друга лучшие друзья, коллеги. Поверьте, это было массовым явлением.

Так что, прав был М.А. Булгаков: квартирный вопрос советских людей основательно испортил…

Кооперативные квартиры

Следует трезво смотреть на вещи: далеко не все советские люди работали на предприятиях, имевших свой жилой фонд. Но, поскольку в послевоенный период численность городского населения резко возросла, то в 1958 году для решения «квартирного вопроса» ЦК КПСС и Совмин разрешили создание жилищно-строительных кооперативов (ЖСК). ЖСК строили жилье за счет пайщиков, но получали от государства ссуду в размере до 70 % на срок до 20 лет и другие льготы.

Поэтому граждане, у которых были деньги, теоретически могли «купить» кооперативную квартиру.

Но молодым «любителям совка» следует уяснить главное: даже наличие накоплений не гарантировало не только получение заветной кооперативной квартиры, но даже ее сохранение.

Во-первых, доля ЖСК в общем объёме жилищного строительства в СССР не превышала 7-8 %. Кооперативы создавались при предприятиях и организациях и вступить в него человеку «со стороны» можно было лишь за взятку. Тем, кто сомневается - посмотрите фильм Эльдара Рязанова «Гараж»: там все показано более чем реалистично. И то, что в фильме Рязанова речь идет о гаражно-строительном кооперативе, никакого значения не имеет: в ЖСК было все то же самое. При этом не забывайте о массе поистине диких (для современного человека) правил и условиях в уставах подобных ЖСК (это также прекрасно показал Рязанов на примере правила «если у человека нет автомобиля, то он автоматически исключается из числа пайщиков).

Кроме того, были еще и различные региональные правила: например, в СССР существовали города, фактически закрытые для прописки иногородних. Наконец, согласно советскому законодательству, граждан, вступивших в ЖСК, автоматически вычеркивали из очереди на государственное или ведомственное жилье.

Так что, наличие денег у гражданина СССР вовсе не давало гарантии на право вступления в ЖСК.

Во-вторых, кооперативные квартиры были весьма дорогим удовольствием – причем, гораздо дороже, чем теперь. Например, в середине 1980-х годов первоначальный (!) взнос за кооперативную квартиру в Москве составлял примерно 3000 рублей за однокомнатную и 5000 рублей за двухкомнатную квартиру. И это при том, что по состоянию на 1985 год средняя зарплата по стране была 200 рублей в месяц (подчеркиваю: это был только первый взнос – а дальше необходимо было выплачивать 20 лет: стоимость полностью выплаченной двухкомнатной квартиры в Саратове составляла 18 тысяч рублей).

Вот почему, несмотря на наличие накоплений, многие советские люди не покупали кооперативные квартиры.

И, наконец, в-третьих. Даже вступив в кооператив, вы не были собственником этого жилья! Я даже не говорю о том, что вы точно так же, как и государственное жилье, не могли продать свою квартиру, подарить или завещать ее. Больше скажу: при определенных обстоятельствах, вас могли выкинуть из членов кооператива! Когда я это говорю, многие молодые люди мне не верят. Так вот тем, кто сомневается, настоятельно рекомендую прочитать воспоминания Бориса Сичкина «Мы смеемся, чтобы не сойти с ума». Там буквально в лицах написано, как его вышвырнули из жилищного кооператива, когда он уезжал в США.

Заключение

В заключение добавлю пару «штрихов к портрету».

Когда мне кто-то говорит о том, что он (или она) «хочет в Советский Союз», я всегда задаю вопрос:

- А вы в какой СССР хотите вернуться?

И это не праздный вопрос! То, что я описал выше – это ваш покорный слуга наблюдал лично в 70-80-х годах прошлого столетия. Но дело в том, что еще раньше, во времена «отца народов» (т.е.  до начала строительства пресловутых «хрущевок») большинство городского населения проживало в коммунальных квартирах (так называемых «коммуналках»). Наша семья живет в отдельной квартире только с 1974 года – так что это «милое» явление я тоже застал…

Так вот, я предлагаю моим молодым друзьям задуматься: каково это годами жить в одной квартире с чужими людьми, посещая кухню и ванную по расписанию, проводить уборку мест общего пользования по расписанию и с утра выстаивая очередь в туалет! Кстати, некоторые коммуналки не расселены до сих пор...

И вот тут мы подходим к «доброму советскому человеку». Ибо только в СССР родились выражения, ставшие нарицательными: «коммунальная кухня» и «коммунальная склока». Потому что вся советская действительность формировала менталитет советского человека – и реальная картина весьма далека от лубочной сказки, которую нынче пропагандирует официальная пропаганда.

Советских людей разъедала бытовая ненависть к соседям, лютая зависть ко всякому, кто сумел заполучить хоть на копейку, грамм, сантиметр больше, тупое озверение от вечно скотских условий жизни… Все это, как я уже сказал, порождало всеобщее доносительство и боязнь доверять даже близким: все знали, что в любом коллективе имеются стукачи, а детей в школе воспитывали на примере Павлика Морозова.

Резюмируя сказанное, отмечу: если сравнивать «бесплатное жилье в СССР» и «современную ипотеку», то затрудняюсь однозначно сказать, что было хуже…

P.S.

Относительно «бесплатной медицины» и «отсутствие безработицы» тоже вскоре напишу…

Юрий Гиммельфарб.

Поддержать проект:

PayPal:

Webmoney (рубли): R426908583431

Webmoney (доллары): Z153314657869

You must be logged in to post a comment.

Мобильная версия | Desktop Version